Шейна Эфрос (sheynefros) wrote,
Шейна Эфрос
sheynefros

1110 градусов по Цельсию

Солнце медленно поднялось над горизонтом и, словно уткнувшись в невидимую преграду, остановилось и обессиленным мячиком покатилось в сторону заката. Зрелище это всегда выводило Сову из состояния душевного равновесия, ведь именно в такие дни солнечные лучи проникали в оконца ее дома на холме и мешали спокойно дремать в кресле, предаваясь воспоминаниям о других мирах и вселенных.

Но сегодня, да, именно сегодня Сова разглядела, как мимо солнца пронесся некий объект, и пока ученые бьются над разгадкой, что это может быть, мы просветим наших читателей подробностями.
Итак, в одной из многочисленных галактик жили-были старик со старухой и много разных веселых историй они пережили, да вот сейчас что-то загрустили, вспомнив про пресловутый стакан воды.


Сидят они, тужат, печалятся, как вдруг грохот раздается за оконцем. Глядь туда, а с неба падает шар да не огненный, а такой весь черный, закопченный, сразу видно – не одну сотню световых лет пролетел.

И вот этот шар как громыхнется и прямо в их огород под пугало, что охраняло урожай от нашествия летающих монстров. Старуха сразу мужа снарядила в экспедицию, тумаком придав ускорение. Как старик ни упирался, а делать нечего – пошел смотреть, чего это им господь послал. Но не знали люди добрые, что не господь направил это чудо техники, а кое-кто другой.
Но не будем отвлекаться от повествования.

Старик вышел во двор, осмотрелся, вздохнул, поплелся в огород, где под пугалом лежал, остывая, черный шар. Старик наш осмотрительно взял тын побольше, ткнул по шару, тот и разбился, а в шаре том…

Кстати, о шарах… В мире много мифов о сотворении всего, и часто упоминается в них некое яйцо, из которого все и произошло. Но не дает, не дает покоя человечеству мысль, что если есть яйцо, то оно должно и где-то находиться как и в виде яйца, так и до того, как оно стало яйцом. И этими разговорами очень возмущают Сову, которая не любит отвлекаться на такие мелочи.

Но вернемся к нашему старику. Вернее сперва к шару. Шар-то не разбился, а открылся – крышечка так "щелк" и сдвинулась в сторону, а в шару том лежит куклёнок не куклёнок, ребенок не ребенок, но лежит такое всё маленькое и попискивает. На самом-то деле оно не пищало, а некими волнами сканировало и всячески изучало окружающее пространство, а изучив, слегка модифицировало свой облик, и когда старик подошел и нагнулся к шару, он увидел там прелестного младенчика, что улыбался ему довольно-таки радостно.

Старик тоже изобразил радость на лице, принес младенчика старухе, та руками всплеснула, ребёночка подхватила, в пеленочки чистенькие завернула и Тимошечкой нарекла.

Зажили они веселее прежнего – старик подвизался на всяческие заработки, старуха дома шила-вышивала да за мальцом следила. А Тимошечка рос-подрастал, в разум приходил, но все же какой-то страненький был – с другими детьми не играл. Старик удумал ему лодочку сделать – так Тимошечка обрадовался, увлекся рыбной ловлей, стал большим помощником в домашнем хозяйстве.
И вот Тимошечка рыбку ловит, а старуха волнуется, на берег выходит, наблюдает, да еду ему носит: как полдень, так кричит ему: «Тимошечка, плыви к бережочку кушать!» Тимошечка, как услышит ее, так и подплывает к берегу, рыбку ей отдает, сам поест-попьет и обратно в лодочку.
Но не только старуха за парнишкой наблюдала. На другом берегу Товизго Оцуёми, та, которую люди ведьмой-оборотнем меж собой звали, тоже за Тимошечкой следила.

И вот, в один из дней, когда погода не предвещала ничего плохого, и тучи не накрыли своей тьмой близлежащий город, и бор на противоположном берегу реки не помутнел, не размазался, и не растворился, и небо не лопалось, и не летели бушующие потоки, в общем, в один совершенно обычный день Оцуёми, завернувшись в алый плащ с белой шелковой подкладкой позвала Тимошечку, искусно изобразив голос воспитывавшей его старухи.

Тимошечка обознался, подъехал: Оцуёми его схватила, да в плащ свой завернула, и помчалась - только на пятках копытца сверкали.

***

Жечь для Оцуёми было наслаждением – особым наслаждением, когда жар обдает лицо, кровь стучит в висках некой симфонией огня и разрушения, а глаза сверкают под низко надвинутой косынкой с символической цифрой 1110, вышитой алым шелком.

Вот и сейчас, когда она прибежала в свой домик и, предварительно связав, бросила Тимошечку в чулан, она ощущала приближение этой восхитительной волны экстаза, но вернувшаяся с прогулки так некстати дочка Кумико-тян, сурово остудила маменькин пыл, заявив, что, дескать, негоже, свалившиеся им в руки деньги вот так запросто сжигать.

- А что же ты предлагаешь? – удивилась Оцуёми благоразумию своей дочери.
- Мы отправим гуся-лебедя с запиской, а в записке укажем, что отдадим мальца только за выкуп немалый денежный! – сверкнув глазами, ответила Кумико-тян.

На том и порешили. Словили они гуся, привязали к нему свиток-эмакимоно и, довольные своей предприимчивостью, устроили риндзитяною по поводу быстрого своего обогащения.

А тем временем на той стороне реки старик со старухой места себе от горя не находили. Вот уже жаркий день знойного лета стал клониться к вечеру и домик их начала окутывать сонная тишина, когда в этой тишине раздалось характерное покрякивание гуся.

Старик вышел на крыльцо и вдруг заметил явление несколько необычное – пес Тузик изучал новостную страницу местной газеты. В первое мгновение старик даже не понял, что увидел. Хорошенько проморгавшись, он еще раз посмотрел на Тузика - Тузик ответил ему долгим пронзительным взглядом, никакой газеты в его лапах не было. Решив, что это игра света и тени, старик решительно выгнал Тузика прочь из своих мыслей и, вскинув ружье, выстрелил в гуся.

Гусь опешил и резко затормозил. Старик занервничал и виновато покосился на Тузика.

- Со всяким бывает, - миролюбиво произнес пес.

Старик застыл в изумлении. В это мгновение гусь спикировал прямо во двор и торжественно вручил ему свиток-эмакимоно. И раньше, чем старик опомнился, гусь скрылся.

***

Печалью наполнилось сердце старика, когда он прочел послание от похитителей, кинулся со старухой скрести по сусекам, да мало, что наскреб. Собрал найденное в узелок, присовокупив туда и крышечку от шара, в котором нашел Тимошечку, и пошел в город в меняльную лавку.
Строго взглянул на него сперва оценщик, но только: что это? Затряслись его руки, забегали глаза, испарина выступила на лбу, когда потер он наждачком крышечку от шара. Запер дверь своей лавчонки, шепчет старику: "Знаешь ли, старый, что принес мне? Это же чистое золото самой высшей пробы! У меня и денег таких нет, чтобы с тобой расплатиться! "

Старик удивился – виданое ли дело, чтобы такой скупец да о больших деньгах с ним разговоры завел, но быстро справился с недоумением и предложил отпилить кусочек от крышечки ровно на сумму, что похитители запросили. Оценщик согласился да еще и пообещал свести старика со знающими людьми для продажи оставшегося от крышечки богатства.

Так внезапно разбогатели старик со старухой. Тимошечку выкупили, дом новый построили, лавку себе в городе купили – старуха там вышивки свои сперва продавала, потом уж заленилась, девиц наняла для работы тяжелой. Живут – припевают.

А на том берегу Товизго Оцуёми от злобы и зависти бушует, руки себе заламывает, а дочка ее – Кумико-тян, - только подзуживает ее: «Хаха, такого парня богатого да красивого упустили, теперь мне век в девках пропадать, женихов в округе раз-два и обчелся. Что хочешь делай, а сосватай меня за Тимошечку».

Оцуёми нашла эту идею вполне приемлемой и начала готовиться к поездке на другой берег…


Tags: Сказки-от-Совы
Subscribe
promo sheynefros february 3, 2015 19:01
Buy for 50 tokens
Вот говорят: прекрати стараться для тех, кому наплевать. И говорят: если человек не ценит, то время, что вы, бросив всё, уделяете ему, то не тратьте на него свою жизнь. Но грабли они такие грабли… А впрочем, хватит. И контрольный вопрос “знаете ли вы дорогу в Уганду” мне уже не нужен, если человек…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 39 comments